Владимир Ашурков: executive

Во время интервью с Владимиром Ашурковым слово «эффективность» звучит не меньше десяти раз. Тем интереснее феномен его ухода с поста топ-менеджера «Альфа-Групп» на неоплачиваемую работу в «Фонд борьбы с коррупцией», политические перспективы которого неочевидны. За последние полтора года наш герой участвует в проекте Координационного совета оппозиции и создании партии «Народный альянс». Экс-кандидат в мэры Москвы Алексей Навальный, в команде которого Ашурков играет одну из ключевых ролей, занял второе место на недавних выборах, получив больше голосов, чем было у четырех других оппозиционных кандидатов от «системных партий» вместе взятых. В интервью OFF | THE | RECORD Владимир Ашурков рассказал об изменениях, произошедших c ним после ухода из бизнеса, о Навальном как точке опоры, а также о том, почему он категорически против легализации короткоствольного оружия в России.

Как вы относитесь к идее досрочных выборов в Мосгордуму?

 

Мы готовы к любому сценарию: и к выборам в установленный срок, и к досрочным. Власть постоянно меняет правила политической игры на ходу, подстраивая их под свои интересы. Таким изменением было, например, объявление досрочных выборов мэра Москвы, хотя еще в начале июня Собянин говорил, что для этого нет никаких предпосылок. А через пару недель они были объявлены. Мы ожидаем, что такой же подход власть будет использовать и в будущем. Они чувствуют угрозу. А мы, со своей стороны, должны быть готовы к любым подобным изменениям.


Как я понимаю, у вас разработано несколько планов для разных дат и соотношений мест в будущей думе?

 

Это так. И самое главное сейчас — собрать линейку хороших кандидатов, которым верят избиратели и у которых были бы высокие шансы пройти в Мосгордуму при любом сценарии выборов.


«В сотрудничестве с Алексеем я нашел ту точку опоры, которая позволит ‘перевернуть мир’»

А что касается вас лично?

 

Да, я буду участвовать в выборах. Если они пройдут и по партийным спискам, и по одномандатным округам, то я намерен участвовать и там, и там. Причем создание серьезной группы независимых депутатов в Мосгордуме я считаю более важным делом, чем мое собственное избрание, и потому намерен не только заниматься собственной агитацией, но и максимально поддерживать наших кандидатов на предстоящих выборах.

 

В какие сроки вы бы предпочли, чтобы прошли выборы, и какое соотношение кандидатов было бы для вас лучше?

 

Если выборы пройдут в сентябре, то нам, конечно, будет легче вести избирательную кампанию в силу сезонного фактора. Поскольку у нас нет и вряд ли появится доступ к телевидению и другим традиционным СМИ, то основная часть нашей агитационной работы будет вестись через прямые контакты с избирателями, в том числе в форме встреч во дворах. Мы будем использовать также формат агитационных кубов, которые были успешно опробованы во время кампании Навального. Такую агитационную работу проще проводить в теплое время года. Кроме того, сентябрь даст больше возможностей для подготовки наших кандидатов и проведения глубокой серьезной кампании. Необходимо время, чтобы будущие депутаты могли провести работу по округам, чтобы с ними поработали тренеры, которые помогут подготовить их к дебатам и публичным выступлениям. Если же выборы будут в марте, то агитировать зимой на улице под снегом и в слякоти не так эффективно, и тогда мы используем другие формы индивидуальной агитации.

 

С точки зрения соотношения партийного и одномандатного списка, мы видим, что сейчас в спешке продвигается закон о том, чтобы в Москве и Петербурге сделать эти выборы полностью по мажоритарной одномандатной системе. Власть не устраивают выборы по партийным спискам, где при честном подсчете «Единая Россия» получит место, соответствующее доле лояльных ей избирателей, — в Москве это не более 25 процентов.

 

Они рассчитывают, что им легче будет обыграть независимых кандидатов по одномандатным округам, где они выдвинут кандидатов, формально не связанных с властью, не идущих от «Единой России», но тем или иным образом с ней связанных и ей подконтрольных. Задача оппозиционных сил этому противодействовать, и я думаю, мы справимся с выявлением таких «провластных» кандидатов.

 

Последние инициативы вашего фонда: «Народный депутат» и закон о визах для мигрантов свидетельствуют о том, что вы уже начали кампанию. Какую роль должны сыграть эти проекты в предвыборном цикле?


Для нас важно понимать, какие проблемы волнуют общество, и давать политическую поддержку общественным запросам. С этим связаны наши последние инициативы — внесение законодательной инициативы об общественном контроле за тарифами ЖКХ в Мосгордуму, так называемый проект «Народный депутат» и сбор подписей за законопроект о введении виз со странами Центральной Азии. Нелегальная миграция — одна из самых острых и болезненных проблем в Москве, да и в России в целом. Не случайно она стала одной из центральных тем в предвыборной кампании Алексея Навального. Моя позиция заключается в том, что любое общество имеет естественный темп интеграции приезжих. И по многим признакам можно судить, что в России скорость притока мигрантов превышает этот темп. Я считаю, что нужно сократить количество прибывающих мигрантов из других стран. И введение виз со странами Центральной Азии является естественным инструментом для такого сокращения. Поэтому привлечение внимания к этой проблеме и агитация за такую меру являются важными элементами нашей политической деятельности. Мы вынесли этот законопроект на сайт РОИ. Когда там будет собрано 100 тысяч подписей, он должен быть рассмотрен экспертной комиссией, а затем внесен в Государственную Думу.

 

И все-таки имеют ли отношение эти инициативы к избирательной кампании в Мосгордуму или это обычная деятельность вашего фонда?

 

Если посмотреть на результаты опросов, введение виз для мигрантов поддерживает свыше 80 процентов москвичей. Если мы будем политическими представителями этих людей, то, безусловно, это увеличивает наши шансы и нашу поддержку в любой избирательной кампании, будь то городская дума или федеральные выборы.


«Для таких людей, как Навальный, инструментом творчества является собственная жизнь и судьба»

Видимо, вы не сможете начать сбор подписей по другому вашему законопроекту об аудите тарифов ЖКХ. Что с ним не так?

 

В Москве действует закон, согласно которому жители города обладают правом законодательной инициативы. Если инициативная группа подготовит закон, а потом соберет 50 тысяч подписей, то он должен рассматриваться в Мосгордуме. У нас есть несколько законопроектов для Москвы, которые были представлены общественности в рамках предвыборной кампании Алексея Навального. Для отработки этой процедуры в качестве первого проекта мы выбрали законопроект о введении контроля за тарифами ЖКХ — это еще одна область, которая весьма волнует избирателей. Тем не менее, Мосгордума приняла решение не регистрировать нашу инициативную группу, хотя в нее вошли 500 человек, и нет никаких противоречий между тем проектом закона, который мы предлагаем, и федеральным или городским законодательством. Это одно из свидетельств того, что Московская городская дума, которая на 90 процентов представлена депутатами от «Единой России», не желает считаться с мнением избирателей.

 

Вы отметили, что отклоненная инициатива — один из подготовленных законопроектов. Будете делать шаги с остальными, учитывая предыдущий результат?

 

Пока сложно сказать, будем ли мы предлагать текущему составу Мосгордумы новые инициативы. Но мы, безусловно, будем искать и пробовать новые решения с целью превращения воли избирателей в законодательные проекты в Москве и на федеральном уровне.

 

Незадолго до приговора по делу «Кировлеса» вы написали пост, в котором поделились планами самому возглавить крупнейшую оппозиционную фракцию в Мосгордуме. По-вашему, Навальный не должен был участвовать в выборах при любом решении суда?

 

Вероятность того, что обвинительный приговор был бы отменен и Алексей был бы оправдан, мне представлялась небольшой. Я написал тот текст, исходя из этого предположения.


«В каких-то вещах, связанных с политикой, я, наверное, наивен»

У вас с ним есть расхождения во взглядах?

 

Мы часто спорим по вопросам стратегии и тактики, но обычно приходим к общему мнению. Принципиальных разногласий у нас нет, но один пример могу привести. Это отношение к легализации короткоствольного оружия.

 

Вы против?

 

Да, в отличие от Алексея, я против такой меры. Хотя в ряде стран такое оружие легально, для России это было бы регрессом. У нас нет исторических предпосылок, как в Соединенных Штатах, где возможность иметь оружие было частью ментальности новых поселенцев. Дать людям возможность носить с собой огнестрельное оружие, на мой взгляд, было бы опасным шагом назад для российского общества.

 

За последние полтора-два года в результате соприкосновения с реальной политикой ваши взгляды как-то поменялись?

 

Я всю жизнь интересовался государственным управлением и политикой. Тот режим политической и экономической коррупции, который складывался у нас в стране, всегда вызывал у меня отвращение. Так что мои взгляды практически не изменились. В сотрудничестве с Алексеем я нашел ту точку опоры, которая позволит «перевернуть мир», как говорил Архимед. В условиях нашей авторитарной политической системы не очень понятно, что нужно сделать, чтобы она менялась в сторону демократизации и либерализации. Но Алексей и наша команда, несмотря на все противодействие и давление, добиваются результатов. Это та эффективность, которую я научился ценить в бизнесе, и которую я теперь наблюдаю в политической и гражданской деятельности. Я рад, что я являюсь частью этого движения.

 

А как вы себя ощущаете в роли политика?

 

Это новая для меня область. Мне приходится многому учиться, какие-то вещи даются нелегко: допустим, публичные выступления или интервью. В каких-то вещах, связанных с политикой, я, наверное, наивен. В любом случае, очень интересно в относительно зрелом возрасте поменять сферу деятельности и учиться чему-то новому на собственном опыте.


«Рядом с такими людьми находиться гораздо интереснее, чем с теми, кто думает о следующем домике где-нибудь за границей»

У вас были предложения о возобновлении бизнес-карьеры, которые вы рассматривали за это время?

 

Пока я сосредоточен на политической и гражданской деятельности и не планирую в ближайшее время возвращаться в корпоративный мир. С другой стороны, я уверен, что, если захочу вернуться, то найду способ это сделать.

 

Вы получаете больше удовольствия от новой работы?

 

Когда мне пришлось уйти из «Альфа-Групп», это было достаточно неожиданно. И были определенные страхи, неуверенность в будущем. Теперь, когда прошло какое-то время, я могу более трезво на это посмотреть. Раньше мой круг общения на работе и в жизни составляли люди из корпоративного мира. Вещи, которые занимали их ум, да и мой тоже, выглядели примерно так: «Сейчас у меня квартира 150 метров, следующая цель — 300 метров; я езжу на Мерседесе, а как бы мне пересесть на Бентли».

 

А теперь я преимущественно окружен людьми, которые хотят бескорыстно менять мир к лучшему, как бы пафосно это ни звучало. Это достаточно серьезная перемена. И, честно говоря, я считаю, что для меня это перемена к лучшему. Потому что рядом с такими людьми находиться гораздо интереснее, чем с теми, кто думает о следующем домике, еще и где-нибудь за границей. И пусть мне пришлось пойти на какие-то ограничения с точки зрения потребительских стандартов, я не жалею о таком повороте в своей жизни.

 

Здесь, наверное, самым ярким примером для меня является Алексей Навальный. Если, допустим, художник творит свои работы с помощью холста и красок, то для таких людей, как Навальный, инструментом творчества является собственная жизнь и судьба. Мне кажется, жизнь таких людей более интересна, чем жизнь людей из моего прошлого круга общения.

 

И еще один момент. Я вижу определенные параллели в моей работе в «Альфа-Групп» и сейчас в сотрудничестве с Алексеем. Мне повезло, что в качестве руководителя корпоративного центра «Альфа-Групп» я имел возможность работать с бизнесменами, наверное, самого высокого класса из тех, кто ведет бизнес в России. За эти годы я очень многому научился из того, чему не научит никакая программа МВА. И после работы в самой эффективной, рациональной и по-хорошему боевой бизнес-группе я присоединился к самому перспективному и интересному политическому и общественному деятелю, которого мы сейчас видим в России. Находиться в центре самого захватывающего и самого важного, что происходит, будь то бизнес или политика — это, конечно, реально заводит.

 

Вы уже потратили полтора года своей жизни на политическую деятельность. Это себя оправдывает?

 

Это инвестиция в то, что я считаю самым важным, во что я верю. И я не жалею об этом. Материальных доходов она не приносит. Наоборот, я трачу значительные для себя средства на взносы в «Фонд борьбы с коррупцией» и другие проекты.


На что вы живете после ухода из бизнеса?

 

Большую часть карьеры я занимался управлением финансами в крупных компаниях. Я человек не богатый, но обеспеченный. У меня есть набор инвестиций как в компаниях, которые торгуются на фондовом рынке, так и в непубличных компаниях. Доходность от них позволяет мне вести относительно скромный образ жизни, который меня устраивает.

 

Алексей Навальный около года назад опубликовал добровольную декларацию. Если вы будете кандидатом, вам тоже придется раскрыть сведения о своих доходах. Вы бы могли как Навальный опубликовать декларацию добровольно, без выборов?

 

Для меня выход в общественную сферу произошел недавно. В принципе, по складу характера я непубличный человек и не люблю пускать других людей в свою жизнь. Поэтому я не склонен афишировать, в том числе и свои доходы. Когда мне потребуется предоставить декларацию о доходах, чтобы зарегистрироваться кандидатом на выборах в Мосгордуму, я обязательно это сделаю.

 

Вы удовлетворены результатом прошедших выборов?

 

Самое главное, они показали, что независимые оппозиционные кандидаты могут добиваться успеха. Результат Алексея Навального — это, безусловно, успех, несмотря на давление, несмотря на неравные условия выборов, неравные условия агитации. Мы можем организовывать эффективные избирательные кампании, привлекать волонтеров. Свыше 10 тысяч человек приняли участие в различных мероприятиях, связанных с предвыборной кампанией. Порядка 200 человек на постоянной основе работали у нас в штабе. Больше 100 млн. рублей было привлечено в избирательную кампанию, беспрецедентная сумма. Это первое. Успех возможен.

 

Второе. Мы установили новый стандарт ведения избирательных кампаний — полную прозрачность того, что мы делаем. Поскольку в кампании участвовало много волонтеров, вся наша деятельность была публичной. Мы постоянно публиковали статистику поступлений на счет кампании. Я думаю, что это дополнительно привлекало к нам потенциальных жертвователей. Еще одно новое решение — ориентация не на платных агитаторов, что делает большинство партий, а на волонтеров. Мы активно использовали интернет, потому что иначе, в условиях недоступности телевидения, мы бы не смогли ничего сделать. Выборы вселили во многих людей оптимизм. Это новая политическая реальность, когда мы видим, что независимый кандидат набрал больше, чем кандидаты от всех системных партий вместе взятые. У Навального — 27 процентов, у кандидатов четырех системных партий, которые участвовали в выборах, в совокупности — 21 процент.


«Это самое интересное, что происходило в российской политике за несколько лет. Как битва Давида и Голиафа»

Планировали ли вы, что к вашему кандидату будет приковано такое внимание?

 

Это самое интересное, что происходило в российской политике за несколько лет. Как битва Давида и Голиафа, когда человек с очень ограниченными возможностями вступает в бой с огромной машиной подавления, которая обладает неограниченными финансовыми и административными ресурсами. Конечно, людям интересно следить за таким поединком.

 

Вы написали серию колонок для «Ведомостей», в которых утверждается, что бизнесу выгодно поддерживать оппозицию, оппозиционных кандидатов, оппозиционные проекты. Те же тезисы вы использовали во время избирательной кампании. Ваши спонсоры получили «дивиденды» после успешной кампании?

 

Эти инвестиции все-таки носят долгосрочный характер. Их логика в том, что деловые люди как никто другой понимают всю ограниченность существующей системы: неэффективность госуправления, тотальная коррупция, рейдерство со стороны силовых структур. Они понимают, что, если политическая система будет либерализована, это приведет к либерализации экономической системы и к непосредственным выгодам для них. Российский фондовый рынок с точки зрения оценки сравнимых компаний отстает в два раза от других финансовых рынков даже не развитых, а развивающихся стран. Это связано, прежде всего, с политическими рисками. Если будут сигналы к тому, что текущая авторитарная, жесткая политическая ситуация способна меняться и эволюционировать под воздействием общества, то уровень политических рисков снизится. Соответственно, повысятся оценки фондового рынка. Речь идет о возможных доходностях в миллиарды долларов. Это неизбежно произойдет в горизонте 5–10 лет. Люди, которые сейчас поддерживают независимых кандидатов, различные гражданские и политические проекты, если они инвестируют в российскую экономику, владеют компаниями в России, безусловно, выиграют от этого.

 

В программе Навального было несколько пунктов, которые увеличивают социальную нагрузку на бюджеты. В частности, увеличение базовой надбавки для московских пенсионеров в два раза. После новостей о накопительной части пенсий вы считаете эти предложения своевременными?

 

Россия характеризуется чрезвычайным имущественным расслоением, и мы считаем, что государство должно принимать меры, чтобы это расслоение уменьшалось. Для этих целей большое значение имеет пенсионная система. Мы сделали расчеты и поняли, что московский бюджет, который составляет 1,6 трлн. рублей, может позволить себе за счет сокращения неэффективности и коррупции увеличить так называемый «социальный стандарт» пенсий до 16 тысяч рублей. То есть увеличить доплаты, которые осуществляет московское правительство на 4 тысячи. Это будет стоить 134 млрд. рублей, меньше 10% общего бюджета. Резервы в московском бюджете огромные. По известной поговорке, на один рубль украденный приходится пять неэффективно потраченных. Наши предложения обоснованы и подкрепляются расчетами.


«Я не загадываю сейчас на далекое будущее»

На федеральном уровне мы считаем, что сбалансированная пенсионная система является основой финансовой стабильности страны. Текущая демографическая ситуация не позволит стране иметь пенсионную систему, которая не основана на накопительном принципе. В то же время мы видим, что правительство ведет непоследовательную политику. Невозможно подсчитать, какая у человека будет пенсия. Размер пенсий в конкретный год будет определяться методами ручного управления в зависимости от того, что себе может позволить бюджет. Из этой серии наиболее одиозное решение в области пенсионной системы — предложение правительства по конфискации средств из накопительной части пенсий в 2014 году. Против этого мы запустили активную кампанию, где каждый может посчитать, сколько составят его потери, и дали простой способ написать письмо своему депутату и высказаться против таких нововведений.

 

Как далеко распространяются ваши политические амбиции?

 

В нашей ситуации очень сложно строить планы. Когда были объявлены выборы мэра, не было понятно, сможем ли мы собрать деньги, чем закончится суд в Кирове, как мы соберем подписи муниципальных депутатов и преодолеем муниципальный фильтр. Это были преграды, казавшиеся непреодолимыми. Но мы приняли решение, что будем участвовать в этом процессе и постараемся добежать как можно дальше. Мы не будем планировать, как мы это сделаем, сколько денег мы соберем, сколько процентов мы сможем получить. Мы должны выложиться и получить максимальный результат. Те же принципы я буду применять и при организации своей личной политической деятельности. Я не загадываю сейчас на далекое будущее. Я пытаюсь расширить политическое пространство и сделать все для того, чтобы тренд на укрепление репрессий и авторитаризма сменился либерализацией политической и общественной жизни. Для меня лично это очень важно.

 

— Тимофей Ткаченко; фото: Кристина Королёва. 2013